Остаться в живых: «Сегодня вас расстреляют быстро, так как отремонтировали пулемет»

Мой дед Попов Николай Матвеевич родился в 1896 году в д. Угол, жил в дер. Панфилиха волость Вострое Великоустюгского уезда. Окончил 3 класса церковно-приходской школы.

Из семейного архива: Попов Н.М.

Сохранились воспоминания, которые Николай Матвеевич рассказывал своему внуку, моему родному брату, Ежову Владимиру Ивановичу, 1949 года рождения, уроженцу деревни Брусенец Нюксенского района Вологодской области, доктору философии в области экономики, акъюнкт-профессору МАУП, ныне пенсионеру, проживающему в Украине Днепропетровской области г. Кривой Рог.

«…В 1914 году был призван в армию в Великом Устюге. При объявлении через 3 дня отправки на фронт выпросил увольнительную, чтобы сходить домой пешком, рассчитывая вернуться до отправки. За сутки, чуть больше, добежал. Вечер. Сказал мамаше, что отправляют на фронт, она стала печь пироги, а он на деревню гулять. Утром пришел от девчат, взял пироги и пошел в Устюг. Полк был отправлен раньше объявленного времени на фронт. Попов Николай Матвеевич прибыл к коменданту гарнизона. На слово не поверили, что не дезертир. За опоздание – расстрел. Николаю Матвеевичу командир дал увольнительную записку, предъявил ее. Решение было сменено. Его в ближайшем эшелоне отправили на фронт. Так он оказался в составе 6-го Сибирского полка под Петроградом в должности писаря. Во время службы присвоили звание унтер-офицера.

В феврале 1917 года начали создаваться революционные полковые комитеты. Николая Матвеевича избрали членом полкового комитета. Основная причина избрания (по его словам) – он умел читать и писать. Офицеры — командиры при принятии решений должны были советоваться с полковым комитетом. Полк находился в Гатчине, под Петроградом.В апреле все члены полкового комитета были арестованы Временным правительством. Находились в казематах в Петрограде. Почти ежедневно выводили по 30 человек и расстреливали. Они (сидящие в казематах) это знали. Настал черед на расстрел и Николая Матвеевича. Всех приговоренных повели на место казни. Солдаты охраны сказали, что сегодня расстреляют быстро, так как отремонтировали пулемет. Однако, не дойдя до места расстрела, увидели, что к начальнику конвоя на коне подскакал вестовой, вручил конверт. Прочитав предписание, начальник конвоя дал команду всех вернуть обратно, в казематы».

Пулемётный взвод карательного отряда. 1918 год.

Фото из коллекции фотонегатеки МБУК «Тотемское музейное объединение»

Вскоре Николая Матвеевича отправили в свой полк. Во время штурма Зимнего дворца полк был в Гатчине. Ехать в Петроград защищать Зимний или штурмовать команды не было. На вопрос внука о смене власти и штурме Зимнего дворца ответил: «Царская власть была хорошая, а как быть в этой ситуации — мы не знали. Офицеры полка никакой команды не давали, и полковой комитет не принял никакого решения».

После революции был направлен на войну с финнами, служил в 55-м Северо-Двинском полку в 1919 году, в 1920 году в Великом Устюге в батальоне ВЧК. Рассказывал: «Мы были «раздеты», без оружия, а финны при полном обмундировании и хорошо вооружены». После окончания войны Попова Николая Матвеевича демобилизовали. Он в своей деревне организовывал комбед (впоследствии — колхозы). Параллельно читал лекции.

По одной версии, был арестован по доносу о пропаганде против советской власти, по другой, дал крестьянину лошадь (хотя и не имел права), для того, чтобы перевезти сено. Лошадь умерла, и Николай Матвеевич был арестован за противоправные действия. В 1939 году по этапу был отправлен в Сибирь на строительство железной дороги. Через полгода его переправили на «Беломорканал». Пробыл там полтора года. Арестован и отпущен с каторги без предъявления обвинения.

Служил во время Великой Отечественной войны в хозвзводе, так как в силу возраста и перенесенной каторги не мог участвовать в боевых действиях.

Детей пришлось воспитывать жене, Анне Степановне. Воспоминания ее дочери Поповой Тамары Николаевны (1940 г.р.) о войне: «Страшный гул самолетов, приходилось прятаться под одеяло в надежде, что там никто не достанет. Мама, чтобы накормить нас, брала полотно, которое сама выткала, увозила на санках далеко в другую деревню и меняла на муку или картошку, также в амбаре много было красивой мануфактуры (оставшейся от родителей отца), ее тоже всю меняли на продукты. «В доме хлеба нет ни крошки», — говорила мама так, – отдаю за пуд картошки непоношенный пиджак». Был июль 1945 года, страда, все взрослые на сенокосе. В это время в конце деревни варили суп, а потом раздавали по домам. Вот и я несла суп домой, вдруг вижу — скачет лошадь, запряженная в телегу. От страха я спряталась за дом, с телеги соскочил мужчина, взял меня на руки и обратно в телегу. От испуга я горько плакала, а он успокаивал: «Не плачь, я же твой папа».

В то время в Нюксенице открыли промкомбинат. Николай Матвеевич устраивается заготовителем. Ездит по деревням и закупает у населения сырье (кожу, шерсть) и продукты питания: овощи, ягоды, грибы. В 1948 году от Копыловского лесопункта Нюксенского районаоткрылся лесозаготовительный участок Сенные. Николай Матвеевич собрал бригаду плотников и с помощью топоров и пил — сортировок они построили четыре многоквартирных дома (барака). Пиломатериалы они тоже заготавливали сами с помощью маховых пил. Вышел на пенсию в 1954 году. Пенсия была маленькая, так как годы войн не вошли в рабочий стаж. А когда с сыном в 1956 году построил дом, то стал заниматься подсобным хозяйством, заготовкой ягод и грибов, пчеловодством, плотницкими и столярными работами. Умер в возрасте 77 лет в 1973 году и похоронен в д. Угол у Никольской церкви.

Информация предоставлена: Беляевская Валентина Ивановна, внучка, г. Тотьма.
09:55
839